Торговля данными о россиянах

ГОСТИ: Роман Ромачев, генеральный директор агентства «Р-Техно»

Константин Чуриков: А как вам такая новость? Цифровыми данными о россиянах – о нас с вами – хотят торговать. Т. е. нас с вами в цифровом виде могут, ну, извините за выражение, продать, получается. Министерство цифрового развития подготовило поправки в законопроект. По нему персональные данные в обезличенном виде могут быть использованы для предпринимательской деятельности. В Минцифры заявили, что таким образом бизнес может свободно обрабатывать наши с вами какие-то данные. В обезличенном виде. Требуется ли на это наше согласие? К чему все это вообще может привести? И уже, собственно, каков рынок персональных данных? Сейчас мы об этом спросим нашего эксперта. На связи с нами Роман Ромачев, генеральный директор агентства «Р-Техно». Роман Владимирович, здравствуйте.

Роман Ромачев: Добрый день.

Оксана Галькевич: Здравствуйте. Роман Владимирович, т. е. выходит так, что взять под контроль эту ситуацию с кочующими личными данными россиян не удается, власти таким образом это признают и предлагают пойти другим путем, скажем так?

Роман Ромачев: Совершенно верно. Власти расписались в неспособности сохранить наши персональные данные. А ежегодно совершаются сотни тысяч утечек, миллионы записей продается на рынок. Никто не посажен, никто не оштрафован. К сожалению, государство неспособно сохранять эти данные. На самом деле наши цифровые данные (ну, чтобы иметь в виду) давным-давно продаются. И это часть маркетингового рынка, часть исследователей социальных сетей, это часть рынка рекламы. Поэтому это давно существует, ничего нового здесь нам не говорят.

Константин Чуриков: Роман Владимирович, а можно сделать так, чтобы эти данные как-то умнее обрабатывались и продавались? Потому что – ну, не хочу я себе устанавливать, там, поисковик Яндекса, например. Я уже тысячу раз об этом сказал вселенскому разуму. Я, например, не ищу информацию, не знаю там, о нефти. И не покупаю нефть. Я просто журналист, и мне интересна информация. Вот как-то умнее их можно, тоньше обрабатывать?

Роман Ромачев: Вы знаете, как эта информация обрабатывается, это знают лишь те компании, которые покупают данные. Тут мы с вами никак не можем повлиять. Но когда мы регистрируемся в той или иной сети даже, вот вы купили сотовый телефон, зарегистрировались в iOS либо в Android, вы подписываете лицензионное соглашение, ставите галочку. И там как раз написано, что вы разрешаете передавать подобного рода данные. А как эти данные обрабатываются, это уже право третьего лица.

Оксана Галькевич: А вот вы знаете, у меня вопрос. А почему вот этими цифровыми данными будут между собой там каким-то образом торговать, обмениваться какие-то компании, какие-то конторы? А почему вот мои персональные данные у меня берут и мне за это никто не платит, пардон? Ну, правда. С меня просто берут какую-то галочку, какое-то согласие, бесплатно. Ну, хотите получить мои данные – welcome, предложите цену. Я подумаю еще, кстати.

Константин Чуриков: Вот так? Так все просто?

Оксана Галькевич: Я подумаю еще. Нет, серьезно. Если вот личные данные людей стали товаром, то почему не пойти по этому пути, например?

Роман Ромачев: На самом деле мы с вами, когда регистрируемся в социальных сетях, мы же не платим деньги за использование соцсети. Соцсети как-то надо зарабатывать. И они зарабатывают как раз на рекламе. И те данные, которые зачастую мы сами о себе выкладываем в социальных сетях, это не совсем персональные данные. Т. е. это не попадает под закон о персональных данных. Там можно зарегистрироваться как Иван Пупкин, не под реальным именем, фамилией и отчеством, указать нереальный день рождения. Т. е. это не персональные данные. Но это те данные, которые мы сами генерируем. Мы генерируем о себе буквально-таки … . Мы выкладываем фотографию, а под фотографией – где мы живем, с кем мы общаемся, какие места мы посещаем. И вот эти самые данные очень интересны для рекламодателей, чтобы более точно, более четко дать нам рекламу конкретного товара, услуги.

Константин Чуриков: Роман Владимирович, нам звонит Константин из Ростовской области. Константин, здравствуйте, вы в эфире, какой у вас вопрос или мнение?

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Константин?

Зритель: Алло? Да-да. Здравствуйте. Ну, первое, хотел бы сначала поздравить женскую половину вашего коллектива ОТР с 8 Марта.

Константин Чуриков: Мы присоединяемся, да.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Зритель: Так. А по второй, ну, по теме именно, могу сказать, что этими данными уже в принципе давно на рынке торгуют. Или передают. Это можно спокойно посмотреть по тому, когда вы оформляете кредит или что-либо, там, машину, допустим, в кредит. Вам тут же начинают другие сторонние организации звонить и предлагать какую-либо услугу. И что самое интересное – именно после совершения какого-либо действия вами. И теперь еще самое главное. Что теперь уже банки, насколько, если внимательно почитать договоры, то там прописывают, что они имеют право передавать ваши данные третьей стороне. Не указывают, кому.

Константин Чуриков: На сторону, да. То же самое, кстати, я хочу вот сказать нашим уважаемым зрителям: то же самое вот эти скидочные карты магазинов. Многие из них требуют, вообще все они требуют какой-то регистрации, и там обязательно есть вот эта галочка, что все данные о том, что вы купили, когда вы это сделали, они обязательно куда надо попадут. Роман Владимирович, у меня такой вопрос. А в принципе вот потребитель услуги, клиент банка, он может сказать: «А я против того, чтобы вы обрабатывали мои данные и кому-то передавали»? Вот как это зафиксировать, если человек против? Или это непременное условие оказываемой услуги?

Роман Ромачев: Нет, вы сказать можете, конечно. Но зачастую это непременное условие. И, к сожалению, повлиять на договор, заменить данную строчку, галочку какую-то в договоре вы не сможете. Т. е. зачастую это стандартная форма, и банк не идет на согласование каких-то пунктов. Потому что, ну, вам не нравится – идите в другой банк.

Константин Чуриков: Знаете еще чего я не понял. Вот что значит обезличенные персональные данные? Это же какой-то бред получается, да? Т. е. они персональные – значит, и позволяют меня каким-то образом идентифицировать как гражданина, но при этом они какие-то обезличенные. Нас совсем за дураков держат?

Роман Ромачев: Это то, о чем я говорил. Т. е. социальная сеть не проверяет же наши паспортные данные. Вот зарегистрируйся как Иван Пупкин, и все. Т. е. это обезличенные данные. И на самом деле для того, чтобы торговать персональными данными, это большая ответственность и требует реально согласовать, видимо, с самим пользователем. Поэтому социальная сеть и другие как бы организации идут по пути обезличенных данных. Потому что им неинтересна ваша фамилия, имя, отчество. Им интересно, что вы, например, мужчина, вам столько-то лет, у вас такое-то образование, у вас такой-то статус по работе, … – вот это им интересно. А какая ваша фамилия, это неинтересно.

Оксана Галькевич: Но это уже на самом деле, тем не менее, проворачивать какие-то очень любопытные операции. И предлагать какой-то контент, и предлагать товар, и звонить даже зачастую этим людям.

Роман Ромачев: На самом деле для специалистов спецслужб, да в том числе и для мошенников, это является очень интересным лакомым куском информации, который позволяет идентифицировать вас и понять ваши приоритеты, ваши интересы, ваши хобби, ваши предпочтения, круг вашего общения. Т. е. по обезличенным данным вас можно идентифицировать и понять, кто вы и что вы.

Оксана Галькевич: Да, т. е. это довольно легко делается, да, Роман Владимирович? Т. е. вот человек не все о себе указал, но выяснить до конца, кто он есть и как его зовут, вплоть там до каких-то цифр в документах, – все не сложно?

Роман Ромачев: Абсолютно. Да.

Оксана Галькевич: Так. Напугали.

Константин Чуриков: Роман Владимирович, а я вот не очень понимаю, какая у нас в отношении персональных данных и защищенности россиян политика в государстве? Вот вчера президент на расширенной коллегии МВД сказал, что в части киберпреступлений мы отстаем, мы не успеваем. И здесь, в то же время, одно из министерств предлагает уже, в общем, наладить такой товарооборот в среде этих данных. Вот я не понимаю, а к чему мы движемся?

Роман Ромачев: В части персональных данных, именно сохранности персональных данных, вообще государство идет не по правильному пути. Оно усложняет, нагромождает закон, закладывает определенные условия, усиливает эти условия на бизнес для сохранности. Но, к сожалению, ответственность государства именно как гаранта сохранности абсолютно отсутствует. Т. е., я повторюсь, в прошлом году у нас было совершено сотни тысяч утечек, сотни, там, тысяч миллионов полей записей было продано из всяких ведомств, но, к сожалению, вот если вы откроете криминальные сводки, вы услышите, не знаю, о 2-3 случаях, не более. И государство полностью снимает с себя ответственность именно как гарант сохранности и накладывает больше обязанностей на бизнес, что в итоге сказывается на конечной стоимости продукта. Т. е. мы видим удорожание услуг сотовой связи, это ведь неспроста, это все … ведет к ужесточению по персональным данным. Т. е. это все ложится на плечи потребителя.

Константин Чуриков: Так…

Оксана Галькевич: Т. е. это – без меня меня продали, и еще и денег за это содрали? Получается так. Как-то прямо совсем грустно все это выглядит.

Константин Чуриков: Да. Давайте, чтобы не было грустно, Роман Владимирович, давайте конструктивно. Что вы предлагаете? Вы, представитель отрасли.

Оксана Галькевич: Что можно сделать в принципе?

Роман Ромачев: На самом деле, как я считаю, необходимо вообще снять, убрать закон о персональных данных. Понятно, что каждый человек сам должен сохранять эти данные. Но необходимо усилить ответственность за преступления, совершенные с использованием персональных данных. Т. е. у нас есть, например, вождение за рулем в алкогольном виде: состояние опьянения это отягощение, так сказать, ответственности. В данном случае использование персональных данных для преступления, будь то мошенничество, киднеппинг там и еще какой-то, – это своего рода, скажем, удвоение срока наказания. Яркий пример – это похищение сына Касперского. Я его постоянно привожу. Человек пришел в ресторан, выложил о себе геоточку. Похитители пришли и его похитили. Т. е. они отслеживали его, во-первых, знали его персональные данные, мониторили. И в нужном месте они его проследили и похитили. Т. е. данное преступление было совершено с использованием персональных данных. Соответственно, скажем, ответственность, которую похитители должны были бы понести, она должна быть, как минимум, двукратной. Только тогда будет именно эффект от наказания – вот использование подобного закона, который несет, скажем, двукратную ответственность. Тогда уже люди, которые используют персональные данные для совершения преступления, будут думать.

Константин Чуриков: Отлично.

Оксана Галькевич: Т. е. когда наказание станет неотвратимым. Это на самом деле очень важный момент вообще в работе нашей сферы правоохранительной.

Константин Чуриков: Вот теперь конструктивно. Отлично. Спасибо вам большое.

Оксана Галькевич: Да.

Константин Чуриков: Роман Ромачев, генеральный директор агентства «Р-Техно». Наша задача не просто услышать о проблеме, а предложить решение. За это нас и любят.

Оксана Галькевич: Особенно тебя, Костя. Меняем тему, друзья.

otr-online.ru/programmy/segodnya-v-rossii/torgovlya-dannymi-o-rossiyanah-49372.html

Оцените автора
Роман В. Ромачев
Добавить комментарий