Российское бюро Интерпола: 20 лет в криминальной разведке

on
28.09.2010, 15:26

Скачать

Владимир Овчинский. © Фото: «Голос России»
Национальное бюро Интерпола в России отмечает двадцатилетний юбилей. Какова история создания организации, ее структура и задачи? Как происходит взаимодействие национальных структур в системе международной уголовной полиции?
Гость программы «Экспертиза» — Владимир Семенович Овчинский, советник председателя Конституционного суда Российской Федерации, руководитель Национального центрального бюро Интерпола с 1997 по 1999 годы. Ведущий — Максим Шалыгин.


Шалыгин: Здравствуйте, друзья! Поговорим о том, что такое Интерпол, как работает эта организация, насколько она необходима в России. В широком медийном пространстве об Интерполе последний раз вспоминали в связи с Ахмедом Закаевыми его приездом в Польскую Республику, участием во Всемирном чечено-ичкерийском, как я его называю, конгрессе. Тогда в пространстве медиа снова появилась информация, что, вроде бы, он в розыске. С другой стороны, России не выдают

Двадцать седьмого сентября исполнилось ровно двадцать лет с того момента, как наша страна, тогда Союз Советских Социалистических республик, вступила в эту организацию, и было образовано Национальное центральное бюро Интерпола в России. Я с колоссальным удовольствием представляю главного эксперта в нашей студии. Это советник председателя Конституционного суда Российской Федерации, руководитель Национального центрального бюро Интерпола с 1997 по 1999 годы Владимир Семенович Овчинский. Добрый вечер! Спасибо, что пришли.

Овчинский: Добрый вечер!

Шалыгин: Что такое Интерпол? Как он работает? У меня сразу масса вопросов. Насколько нам необходимо участие в этой организации, если такие одиозные личности, как Ахмед Закаев или Платон Еленин (это псевдоним Бориса Березовского), не предстают перед российским правосудием? Давайте начнем с истории вопроса.

Овчинский: Давайте. Интерпол — это международная организация уголовной полиции. Впервые решение о создании Интерпола было принято после Всемирного полицейского конгресса в 1914 году. Там участвовали 14 стран, в том числе и царская Россия. Они приняли решение. В это время разразилась Первая мировая война. Только в 1923 году в Вене на II Международном конгрессе уголовной полиции была создана Международная уголовная комиссия, Комиссия уголовной полиции, которая и явилась родоначальницей Интерпола.

Шалыгин: Это только уголовные дела, уголовные преступления?

Овчинский: Только уголовные преступления. Потом история развивалась. Когда нацисты захватили власть и провели аншлюс…

Шалыгин: В Чехословакии.

Овчинский: Да. Когда потом захватили…

Шалыгин: Судетские немцы.

Овчинский: Австрию. Интерпол в то время перешел под контроль нацистов. В свое время Интерпол возглавлял даже Кальтенбруннер.

Шалыгин: Простите, что перебиваю. Просто уточняющий вопрос. Что возглавляет организацию? Какая-то страна-председатель?

Овчинский: Нет, возглавляет ее… Я вам рассказываю историю.

Шалыгин: Да.

Овчинский: Потому что Интерпол до Второй мировой войны и послевоенный Интерпол — это две совсем разные вещи. Интерпол был воссоздан только после Второй мировой войны, в 1946 году. Его штаб-квартира в тот период была в Париже. Потом, в 1956 году, был принят Устав, или, как ее называют, Конституция Интерпола. В соответствии с этой Конституцией главный орган Интерпола — Генеральная ассамблея. Она избирает президента. Постоянный рабочий орган, который фактически является главным исполнительным рабочим органом, — это Генеральный секретариат. Возглавляет его Генеральный секретарь.

Сейчас Генеральный секретарь — Рональд Ноубл. Он стоит во главе Интерпола уже практически десять лет. Он гражданин Соединенных Штатов, работал там в органах юстиции, очень опытный. При нем Интерпол совершил огромный рывок вперед, особенно в сфере информационных технологий, обмена информацией и эффективности работы. За последние десять лет в целом по миру задержано по «красным углам»…

Шалыгин: А что такое «красный угол»?

Овчинский: Это международное извещение о розыске особо опасных преступников во всех странах-участницах Интерпола. За эти десять лет найдено примерно в пять-шесть раз больше преступников, чем за предыдущие двадцать лет, прежде всего, благодаря информационным технологиям. Россия, точнее, Советский Союз, вступила в Интерпол 27 сентября 1990 года на Генеральной ассамблее в Оттаве, в Канаде. Этому предшествовала большая работа.

Впервые идея вступить в Интерпол, в Международную организацию уголовной полиции, возникла еще у Николая Анисимовича Щелокова, бывшего министра внутренних дел СССР. Но Комитет Госбезопасности был тогда категорически против. Они считали, что Интерпол — это международная спецслужба, работающая против СССР. Поскольку в определенный исторический период его возглавляли нацисты, то слово «Интерпол» звучало чуть ли не как «ЦРУ». В то время мы не вступили, а уже в самом конце перестройки по инициативе Горбачева (во многом он был инициатором вступления) мы сделали это, и очень своевременно.

После распада СССР Россия стала правопреемницей Национального центрального бюро Интерпола в СССР и преобразовала Национальное центральное бюро СССР в Национальное центральное бюро РФ. Затем в Интерпол вступили все государства-участники Содружества Независимых Государств, все страны Балтии. Сейчас фактически в каждой бывшей республике Советского Союза и в самостоятельных государствах есть свои национальные центральные бюро Интерпола, которые активно взаимодействуют между собой.

Интерпол — это организация, в основе которой лежат, прежде всего, информационные технологии. Быстрота, точность передачи информации, координация деятельности различных правоохранительных органов и спецслужб в борьбе с уголовной преступностью. Это суть работы Интерпола. Известные фильмы и сериалы, которые у нас шли об Интерполе, о том, что его сотрудники носятся по всему миру…

Шалыгин: Да.

Овчинский: Участвуют в задержаниях. Все это, конечно, блеф. Интерпол во всех странах — это, прежде всего, информационно-аналитическая служба, или служба криминальной разведки, как говорят. Во всех полициях мира есть такое понятие как «стратегическая криминальная разведка». Это работа с оперативной информацией, с информацией по уголовным делам, ее сопоставление, постоянная координация и сопоставление массивов информации, аналогичных в других странах, быстрое принятие решений и согласование.

Шалыгин: Простите, но в таком случае должен быть определен заказчик. Если мы говорим, что Национальное бюро Интерпола — это, с одной стороны, некий банк данных…

Овчинский: Да, банк данных.

Шалыгин: С другой стороны, это эксперты-аналитики?

Овчинский: Да.

Шалыгин: То есть, эти две функции. Соответственно, должны быть поставлены задачи.

Овчинский: Конечно.

Шалыгин: На входе кто формулирует эти задачи?

Овчинский: Прежде всего, их формулируют правоохранительные органы, реальные рабочие органы.

Шалыгин: Национальные?

Овчинский: Это Следственный комитет при прокуратуре.

Шалыгин: В России?

Овчинский: Да. Теперь он будет самостоятельным Следственным комитетом.

Шалыгин: При президенте?

Овчинский: Это Следственный комитет при МВД, следственное подразделение Наркоконтроля, следственное подразделение Федеральной службы безопасности, что касается дел по терроризму, которые находятся в их компетенции. Это оперативные подразделения всех субъектов оперативно-розыскной деятельности.

Шалыгин: Нет ли в этом некоторого противоречия? Ведь когда мы говорим об Интерполе… Это международная организация?

Овчинский: Да.

Шалыгин: Есть понятие ведомств. Любое ведомство имеет, во-первых, собственную аналитическую службу и собственную службу безопасности. Во-вторых, во всех странах мира, и Россия не исключение, сор из избы обычно не выносят. И иногда Интерпол может прийти к выводу, что где-то недорабатывают и есть какие-то уязвимые места? Или я неправильно понимаю ваши слова?

Овчинский: Нет, Интерпол не определяет, кто недорабатывает.

Шалыгин: Качество работы?

Овчинский: Если он видит, что необходима какая-то дополнительная информация, он решает это с местными субъектами правоохранительной деятельности. Сейчас невозможно вести ни одно расследование по крупным экономическим делам, по делам организованной преступности, международного терроризма, не организуя при этом мощное повседневное международное взаимодействие с соответствующими структурами за рубежом.

Шалыгин: Например, оффшоры? Особенно это касается пространства?

Овчинский: Да. Как мы можем решать? Все деньги, которые воруют из бюджета, получают в качестве взяток, мошенническим путем, хранят не здесь, а сразу перебрасывают в оффшоры и там распыляют. Задача в том, чтобы, прежде всего, найти взаимодействие со следственными органами, с органами Росфинмониторинга. Это финансовая разведка при Минфине, которая существует у нас…

Слушайте полную аудиоверсию программы


Скачать

Источник: http://rus.ruvr.ru/2010/09/28/22741596.html

Google Buzz Vkontakte Facebook Twitter Google Bookmarks Digg Закладки Yandex Zakladok.net Reddit delicious БобрДобр.ru Memori.ru МоёМесто.ru

Добавить комментарий