Послужной список. Сыщик

ДАВНО Я ТАК НЕ СМЕЯЛСЯ 🙂
О.ЖУРАВЛЁВА: В Москве 15 часов 11 минут. На «Эхе» программа «Послужной список». Её ведут – от «Эха Москвы» Ольга Журавлёва, а от газеты «Труд» - Яна Маргасова. Я.МАРГАСОВА: Добрый день. О.ЖУРАВЛЁВА: Добрый день. У нас на сайте уже началась видеотрансляция, к которой вы можно присоединиться и увидеть нас на этом маленьком чудесном экранчике. А мы должны на этом маленьком чудесном экранчике видеть от вас sms-ки. Номер sms: +7 (985) 970-45-45. С удовольствием будем читать. И сразу же скажем, что да, мы шли по алфавиту. Дошли до буквы «С», и назвали эту передачу «Сыщик». Я.МАРГАСОВА: Да, немного по-киношному. О.ЖУРАВЛЁВА: Да, немножко забавно это звучит. Но, тем не менее, люди, которые считают себя сыщиками, которые себя относят к этой профессии профессионально этим занимаются, прислали нам анкеты. В основном, это оказались частные сыщики. И, кстати, в разговоре с ними был упомянут такой оборот, как «государственные сыщики». Это как раз оперативники, которые занимаются тем же самым, только в структуре МВД. Есть и те, и другие. Мы считаем себя вправе их назвать сыщиками, тем более что они сами себя иногда так называют. Я.МАРГАСОВА: Они так себя считают? О.ЖУРАВЛЁВА: Да. Ну, и, как обычно, давайте соберём воедино хотя бы какую-то информацию на эту тему в нашей традиционной рубрике: ФОКУС ТРУДА Я понимаю, что ты провела просто вот оперативную работу, судя по тому, какой объём информации. Я.МАРГАСОВА: Да, дело в том, что я искала сыщиков, и поняла, что моё расследование пошло по трём направлениям. Это: частный сыщик, частный детектив, оперуполномоченный и ещё немного следователь, хотя следователь всё-таки сыщик с оговоркой. О.ЖУРАВЛЁВА: Мы только обращаем ваше внимание: все желающие могут при желании посмотреть нашу программу в архиве, посвящённую прокурорам, там были, в том числе и следователи прокуратуры. Я.МАРГАСОВА: Да. Но это не совсем то же самое. Опять-таки, всё с оговорками. О.ЖУРАВЛЁВА: Да, да, да. Я.МАРГАСОВА: Но кто считается частным детективом именно в России? Это индивидуальный предприниматель, который получил в установленном законом порядке лицензию на осуществление частной детективной деятельности. О.ЖУРАВЛЁВА: Мирра Вульф и Сейн Спейд. Я.МАРГАСОВА: Очень русский частный детектив. В Москве работают более сотни частных детективов и несколько десятков сыскных агентств. Вот, как они сами рекомендуют к ним обращаться, по каким вопросам. О.ЖУРАВЛЁВА: Где агентство, а где частный сыщик? Разведи, пожалуйста. Я.МАРГАСОВА: Да, в агентство, как говорят они, следует обращаться при расследовании на вашем предприятии крупного хищения, или мошенничества. То есть, тогда, когда нужна бригада. О.ЖУРАВЛЁВА: Внутреннее расследование провести. Я.МАРГАСОВА: Да. Если речь идёт о поиске должника, о поиске человека, возможно, каком-то наблюдении. Мы поговорим о том, насколько законно, незаконно наблюдение. Ну, в общем, сбор информации и некое наблюдение – этим занимается частный сыщик. Соответственно расследованием каких-то уголовных дел, уже заведённых и разработка версий следователя в прокуратуре этим занимается оперуполномоченный. Интересно, что оперуполномоченный есть не только, например, в криминальной милиции, как считалось. Кстати, 5 октября – это День уголовного розыска. Ну, а также органы, которые имеют право осуществлять оперативную розыскную деятельность –это ФСБ, ФСО, таможенные органы, на заметочку. А служба внешней разведки, содержание службы исполнения наказаний и есть специальное направление налоговых, вот есть налоговые опера, которые в структуре МВД. О.ЖУРАВЛЁВА: Налоговая полиция? Я.МАРГАСОВА: Да. Нет, не совсем полиция. Это именно вот МВД. Но интересно, что есть даже конкурс на лучшего оперуполномоченного именно по направлению «Налоги». О.ЖУРАВЛЁВА: Но вообще расследованиями занимаются в разных структурах, в том числе и там всякие службы безопасности, внутренние, там каких-то предприятий, и так далее. Вещи это, конечно, разные. Мы сегодня попытаемся сосредоточиться на людях, которые занимаются, вот, собственно, работают как сыщики. Может быть, вы себя тоже к ним относите и можете рассказать нам какую-то историю, или прислать sms-ку. Мы будем только рады. Я пока просто хочу огласить список. Прислали нам свои анкеты: Александр Кориони, детектив 37-ми лет из Москвы, Роман Ромачёв 33-х лет, который характеризует свою специальность как бизнес-разведку. Он возглавляет как раз структуру. У него есть агентство, занимающееся бизнес-разведкой, только бизнесом. И он, собственно, этой структурой руководит уже семь лет. Значит, он как бы глава предприятия такого сыскного. И ещё вот Олег Владимирович Фаршин, частный сыщик из Ярославля, ему 48лет. И он с 2003 года занимается этим. Но, к сожалению, вот с ним я не связалась. Простите меня, пожалуйста, Олег Владимирович. Вы бы, наверное, нашу картину ещё несколько расширили. Картину мира. Если можно, сейчас бы я перешла к трудовым путям. Ну, вообще мы всегда себе представляем, что бывший оперативник, который ушёл на частную практику, это вот и есть детектив. Я.МАРГАСОВА: И практически это вот и есть в большинстве, это так. Это бывший работник, который либо устал, либо его не удовлетворял размер заработной платы, либо он настолько вот уже оброс связями какими-то и стал действительно… О.ЖУРАВЛЁВА: А у нас, кстати говоря, был один директор охранного агентства, бывший милиционер. Там они, конечно, не сыском занимались, но это было агентство. Я.МАРГАСОВА: Который очень много этим занимался и оброс связями, уже начинают обращаться и так в частном порядке. О.ЖУРАВЛЁВА: Они начинают брать за это деньги. Но для этого, как вы понимаете, самое главное – это иметь лицензию. Я.МАРГАСОВА: Вот лицензия раньше выдавалась безвременно, а сейчас – только на пять лет. О.ЖУРАВЛЁВА: Безвременная лицензия? Я.МАРГАСОВА: Бессрочная. О.ЖУРАВЛЁВА: Ну да, бессрочная. Я.МАРГАСОВА: А сейчас – всё-таки ограничена на 5 лет и с дальнейшим… О.ЖУРАВЛЁВА: Переходим к трудовым путям наших героев в нашей традиционной рубрике ТРУДОВАЯ КНИЖКА О.ЖУРАВЛЁВА: Итак, номер один – это Александр Криони, которого я уже упоминала, и у которого, я бы сказала, необычный путь в частный сыск. И, честно говоря, я так и не добилась, сколько же лет… Я.МАРГАСОВА: Да ты что? О.ЖУРАВЛЁВА: Нет. Именно нет. Вот сейчас Александр и расскажет. А.КРИОНИ: Я окончил суворовское училище, а потом окончил Тамбовское высшее военное училище лётчиков. И всё. После прошёл ещё курсы по безопасности «Витязь». Всё. Собственно, меня влекло то, что первое-то звание (неразборчиво), потому что та профессия, которую я приобрёл после обучения в лётном училище, я особо не фанател, она более тяжёлая, поэтому пришлось искать новый способ заработка. Но вначале я работал ещё в коммерческой организации, организации по взысканию задолженности, как раз в отделе по возврату задолженности. Поскольку эта деятельность напрямую пересекается с детективной, я предположил, что детективное агентство может заинтересоваться моими услугами. И пришёл в детективное агентство «Алекс», предложил свои услуги. И меня приняли на работу. После я закончил школу спецподготовки «Витязь», я написал заявление о выдаче мне лицензии. И начал работу с 2003 года уже частным детективом. О.ЖУРАВЛЁВА: Вот такая вот история удивительная. Ну, действительно, всё-таки, наверное, должна быть какая-то психологическая тяга и склонность. Потому что, как после суворовского училища и лётного учебного заведения почему его потянуло именно в эту сторону зарабатывать деньги, это всё-таки говорит, наверное, о каких-то качествах. Нам уже sms-ки приходят. В частности, пишет Пётр из Ярославля: «А если искать – это моё хобби? Могу ли я помогать людям? Может быть, я Шерлок Холмс по призванию, хотя профессия моя почтальон». Я.МАРГАСОВА: Без лицензии Вы не сможете этим заниматься. О.ЖУРАВЛЁВА: Пётр, нет, искать-то можно. Деньги даже можно за это получать. Но, когда поймают без лицензии, вот тогда у Вас будут проблемы. Когда у Вас будет лицензия почтальона, а заниматься Вы будете вот этим Шерлок Холмством, то, наверное, будут некоторые проблемы. А вот теперь наш следующий персонаж – Роман Ромачёв, у которого как раз путь трудовой, в общем, довольно характерный. Ну, и заодно он немножко скажет о тех людях, с которыми он работает. Р.РОМАЧЁВ: Ну, процентов 80 таких людей, это выходцы из силовых правоохранительных структур. Раньше я служил в органах ФСБ. 7 лет уже, как занимаюсь бизнесом, в частности, бизнес разведкой. Я – руководитель собственной компании, которая специализируется на этом. После увольнения решил, как бы полученные навыки не терять, и продолжить, так сказать, уже в бизнесе. Привлекает то, что нужно как бы очень много головой думать. И очень как бы приходит большая информация, делать какие-то интересные выводы, благодаря этой информации. Это больше всего привлекает такая интеллектуальная работа. Первый источник информации, это люди, то есть, это основной источник. Поэтому ту информацию, которую мы получаем, она в большей степени от людей. У нас, на нашем, вообще, профессиональном рынке есть такие люди, то есть, это: маркетологи, это журналисты, есть даже человек, который когда-то получил медицинское образование, и сейчас тоже как бы тоже определён в компанию. Если задаться целью, можно добиться в этой профессии хороших результатов, не обладая какими-то андеграундовые самородками. О.ЖУРАВЛЁВА: Но, тем не менее, сам Роман андеграундом из силовых структур как раз обладает. И мы потом вспомним замечательный эпизод из его биографии, который просто вот полностью подтверждает эти слова. Вообще, что такое сыщик в разговоре с Александром Криони, для него, по-моему, это больная тема. И я вот его это выступление назвала «Крик души», потому что вот мне кажется, что здесь сконцентрировано всё, что хотел донести до нас частный детектив в данном случае. А.КРИОНИ: Я считаю, что детектив – это, прежде всего, это такой квалифицированный юрист и всесторонне развитый человек, который может принести пользу не только юридическим службам, каким-то предприятиям там, или тем же службам безопасности банков, информационным службам, которые используют незаконные сборы, я считаю, информации, и потом её продают третьим лицам. И тем же службам безопасности банков, и пытаются продать там детективам. Они я считаю, просто отбирают хлеб у детектива. Детективам очень тесно на этом рынке пробиться. Нам приходится толкаться локтями, доказывать то, что мы тоже имеем право на то, чтобы вести хозяйственную деятельность в этом обществе. Но вот то неустройство, необустройство законодательства, которое на данный момент проявляется, я считаю, очень этому мешает. И государство абсолютно безразлично, наплевательски относится к нашей деятельности. Я.МАРГАСОВА: Причём, совершенно напрасно, потому что действительность такие вопросы и, условно говоря, услуги, которыми не может заниматься милиция, например. А вот, какие основные виды услуг предоставляет частный детектив. Не только шпионит за неверными мужьями и жёнами. О.ЖУРАВЛЁВА: Что нам как-то представляется основным видом их деятельности. Я.МАРГАСОВА: Ну, да. Кажется, сидит в машине с фотоаппаратом, или на мобильник снимает. Услуги: сбор сведений по гражданским делам; Установление обстоятельств неправомерного использования предпринимательской деятельности: фирменных знаков, логотипов, вот это вот. О.ЖУРАВЛЁВА: Александр этим непосредственно занимается. Я.МАРГАСОВА: Изучение рынка, сбор информации для деловых переговоров. Соответственно, подготовка к какому-нибудь очередному… О.ЖУРАВЛЁВА: Законный, заметьте, сбор абсолютно. Я.МАРГАСОВА: Выяснение биографических и других характеризующих личность данных об отдельных гражданах. Как правило, при заключении трудовых контрактов, или вот иных. Поиск без вести пропавших граждан, когда, в общем-то, милиция опускает руки и говорит нет. О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, просто выходят сроки, наверное. Тоже такой вариант возможен. Я.МАРГАСОВА: Поиск утраченного имущества гражданами или предприятиями. Надо сказать, что вот, например, угоны автомобилей хорошо раскрываются, насколько я знаю. А также сбор сведений по уголовным делам. Ну, а для этого заключается контракт с клиентом на сбор таких сведений частных. То есть, всё, что является вторжением в хоть сколь-нибудь частную жизнь, должно быть зафиксировано и должно передаваться… О.ЖУРАВЛЁВА: И, если я правильно понимаю, случаи расследования, которые пересекаются с расследованием МВД, то есть, расследование по уголовным делам, МВД обязательно ставится в известность о том, что некий сыщик ведёт эту работу. Я.МАРГАСОВА: Да, они не должны утаивать информацию. О.ЖУРАВЛЁВА: Да, это тоже на заметку всем интересующимся этим вопросом. Я.МАРГАСОВА: И, кстати, вот из ограничений частным детективам таки запрещается собирать сведения, связанные с личной жизнью, либо с политическими и религиозными убеждениями. О.ЖУРАВЛЁВА: Вторжение в частную жизнь запрещено законом. Это просто без санкции прокурора вообще незаконно. Я.МАРГАСОВА: Поэтому то, что мы считаем, да на самом деле, так и есть, основным занятием – это слежкой за … О.ЖУРАВЛЁВА: И копанием в мусорном ведре. Я.МАРГАСОВА: Да, это есть, но это всё вот на грани закона, на самом деле. О.ЖУРАВЛЁВА: Это ты хорошо сформулировала. Теперь о личных качествах и о том, чем отличается разведка от шпионажа нам сейчас расскажет Роман. Я напомню, что его сфера – это бизнес-разведка. Р.РОМАЧЁВ: Самое первое – исполнять взятые на себя обязательства. Не разглашать конфиденциальную информацию. И второе. Это неизменное желание идти до конца, дойти до истины, то есть, докопаться. И умение анализировать информацию. И коммуникабельность, естественно. То есть, это основные такие качества человека. У нас случилось так, что мы – компания с хорошей репутацией, и к нам, слава Богу, тоже идут компании с хорошей репутацией. Откровенных каких-то, моральных уродов, в общем, подонков, таких не было клиентов, и криминальных каких-то. То есть, у нас, слава Богу, нам повезло и с клиентурой, поэтому у нас таких вот моральных проблем никогда не возникает. Вы знаете, мы стараемся не поступаться нашими принципами, даже за большие деньги. Никак не нарушать свои какие-то моральные и этические нормы, потому что рано или поздно это становится известно всем окружающим в нашей среде, а это довольно-таки узкий круг людей. И это очень негативно отражается на репутации. Приходилось отказывать, когда некоторые заказчики просят достать ту или иную информацию, которая априори является коммерческой тайной, либо её достать крайне проблематично, можно только с использованием каких-то криминальных технологий. Вот бизнес разведка – это законное действие. Это сбор информации открытых источников с помощью опросов. А что касается незаконных действий, то это называется промышленный шпионаж, когда с помощью шантажа, прослушки добывают информацию. Вот мы очень чётко разделяем эти понятия, и мы занимаемся бизнес-разведкой только законными технологиями. О.ЖУРАВЛЁВА: По-моему, Роман всё очень грамотно объяснил. А промышленным шпионажем занимаются специально обученные люди, в специально обученных структурах. У них есть на это дело отдельная лицензия. Но возвращаюсь к теме, которая уже прозвучала, Александр Криони попытался таким способом заработать на жизнь. Вот именно таким, а не каким-то другим. Ну, и Роман, соответственно, уйдя из соответствующих структур, тоже выбрал себе такой способ зарабатывать на жизнь. А много ли на этом заработаешь? – возникает вопрос. И наша следующая рубрика: ПЛАТЁЖНАЯ ВЕДОМОСТЬ Я.МАРГАСОВА: Из первых уст. О.ЖУРАВЛЁВА: Да, из первых уст. Слово предоставляется Александру Криони, который вот как раз как индивидуальный предприниматель работает, потому что частный сыщик с лицензией – это один человек, а не некая фирма. Ну, и вот, как ему удаётся заработать на жизнь, и что ему мешает заработать, он сейчас расскажет. А.КРИОНИ: Исходя из того, что государство сейчас исключительно не поддерживает частно-детективную деятельность, исходя из того, что частный детектив не может участвовать в государственных закупках, государство не предоставляет возможности частным детективам участвовать в конкурсах, в тендерах, в аукционах, потому что, как оно считает, нет возможности применить его навыки, его знания относительно государства. Мы, оказывается, не можем проследить за тем, как ведётся стройка, допустим. Не можем выяснить, являются ли те фирмы, которые пытаются заключить те же государственные контракты и пытаются стать партнёрами крупных корпораций. Не являются ли те фирмы однодневками. Не считает государство, что мы полезны. Нам приходится искать поддержки, искать заказов исключительно у коммерческих организаций, которыми являются только адвокаты и адвокатские образования. А поскольку таких заказов очень мало, мало кто знает о том, что детективы действительно могут приносить огромную пользу, то заказов таких мало. И соответственно детективов. Поэтому приходится, конечно же, пенять на то, что берёшь очень много работы, а денег за это, конечно же, получаешь не очень-то и много. И уровень рентабельности частного детектива он настолько низок, что хватает исключительно на аренду помещения, аренду средств связи и, конечно же, уплату налогов. На уплату ещё в зарплату квартиры, остаётся немного на жизнь. В среднем, я вам скажу, что доход детектива получается около 40, ну 50 тысяч рублей в месяц. Это очень хорошо. Это очень хороший уровень. О.ЖУРАВЛЁВА: Вот, собственно, что нам рассказал Александр. Какие, Яна, у тебя есть сведения? Я.МАРГАСОВА: Сведения по поводу оплаты труда сыщика частного. Оплата труда складывается из суммы, которая компенсирует расходы, плюс собственный гонорар. Он всегда оговаривает, всё индивидуально, но есть примерные расценки на стандартные услуги. Наблюдения за объектом – от 100& в день; информация о физическом лице, просто на сбор - от 50$; фото- или видеосъёмка объекта – от 200$. Что касается оперуполномоченного, официальная зарплата – от 22 до 25 тысяч рублей в Москве. И очень интересно, что работу оперуполномоченного можно найти на сайтах о работе. О.ЖУРАВЛЁВА: Вакансии оперуполномоченных оказываются в общем доступе и появляются в Интернете. Это нас, например, с Яной потрясло! Я.МАРГАСОВА: На самом деле, следователя не найдёшь. Этим занимается кадровая служба ведомств. А оперуполномоченные – пожалуйста, причём, обещаются хорошие льготы, в том числе поступление в юридический вуз. О.ЖУРАВЛЁВА Можно, не имея юридического образования, прийти? Я.МАРГАСОВА: Да, в том-то и дело, что оперуполномоченным можно стать, не имея, но только, отслужив в армии иметь в Москве просто европейскую внешность, возраст – до 30, и наличие полного среднего образования. Вот так вот. О.ЖУРАВЛЁВА: «Чем отличается шпин, (читай: сыщик) от разведчика?». Вот шпион от разведчика не знаю, чем отличается, а вот сыщик от шпиона и разведчика отличается, по-моему, принципиально. Я.МАРГАСОВА: Как минимум, тем, что сыщик – это частный предприниматель. О.ЖУРАВЛЁВА: Это разведчик по частным вопросам, а не по государственным. Я.МАРГАСОВА: Разведчик – это, конечно, государственные дела. О.ЖУРАВЛЁВА: Да, ровно тем, чем отличается запах от аромата. «Запах может быть плохим, а аромат – никогда», - считает Вячеслав из Вологды. То есть, разведчик должен быть прекрасен, а шпион – наоборот. Ну, не знаю. Это уже, по-моему, какие-то частности, связанные с языком. А о том, что ещё нам удалось узнать о сыщиках, и их работе, мы поговорим в «Послужном списке» после Новостей. Никуда не уходите, Яна Маргасова и Ольга Журавлёва ждут вас здесь. НОВОСТИ О.ЖУРАВЛЁВА: в Москве уже 15.35. «Послужной список» идёт полным ходом. Совместное производство «Эха Москвы» и газеты «Труд». Газету «Труд» представляет Яна Маргасова Я.МАРГАСОВА: «Эхо Москвы» - Ольга Журавлёва. О.ЖУРАВЛЁВА: А вы можете нас себе представить даже визуально, если вы посмотрите видеотрансляцию на нашем сайте, и присоединитесь к ней, и можете писать нам письма: +7 (985) 970-45-45. Так, Фёдор уже вступил с нами в переписку. Мы ему тоже передаём пламенный привет. Мы, между прочим, говорим о профессии сыщика. Тут присылает нам Олеся такое письмо, что «Как же трудно быть близкой подругой сыщика – ничто не укроется от опытного взгляда. Не позавидуешь!». Олеся, а не надо ничего скрывать. Зачем же? Нужно быть искренней, и тогда будет прекрасно и легко. Не надо ничего скрывать. Если есть, что скрывать, то зачем быть подругой этого самого сыщика? Ну, разве что, подарок на новый год заныкать. Отвезите к маме. Сыщик там не найдёт. Ну ладно, возвращаемся к нашему интересному процессу. Вот нас тут спрашивают: бывают ли женщины-сыщики? Мы следов этих женщин не сыскали. Хотя, как нам удалось установить путём опроса и путём анализа информации, в основном, никакие силовые методы частным сыщикам и вот сотрудникам такого рода бизнес-структур, которые занимаются бизнес-разведкой, они не нужны. Они не только недоступны, потому что они незаконны, но им это и не нужно. Им не нужно бегать по крышам и стрелять, им не нужно там лежать в мокрой грязи в засаде. Это всё не предусмотрено. Я даже так просто спросила у Романа. Я говорю: «А вашим сотрудникам требуются навыки самообороны?». Он говорит: «Нет, просто не требуются». Я.МАРГАСОВА: Существует контракт, и всё это требуется оперуполномоченному. . О.ЖУРАВЛЁВА: Оперуполномоченному, конечно, требуется, да. И при этом женщины-сыщицы тоже случаются, я имею в виду в структуре МВД. Но очень редко. Но бывает. Я.МАРГАСОВА: Это очень редко. О.ЖУРАВЛЁВА: Да, но бывают оперативники женщины, хотя и Александра Маринина. Читай книгу! Там рассказывают про такое. Но в принципе и там тоже наверняка есть люди, которым не нужно принимать там силовой захват, или что-нибудь такое делать – там взламывать дверь. А тем, которым нужно анализировать данные. Но вот частные сыщики вообще в это дело никак не включаются. Они не должны ни бегать, ни стрелять, ни прыгать. Но только, если хотят, для собственного удовольствия, или просто в жизни умели, то прекрасно. Так что, в принципе женщина с физическими кондициями может этим заниматься. Но, по-моему, не хочет. Я.МАРГАСОВА: Если так далеко заходит, такие дела уже передаются как раз всё-таки в ведомства. О.ЖУРАВЛЁВА: А вот мне нравится письмо из Петербурга: «То, что вы именуете работой, это в действительности форма воровства бюджетных средств». Интересно, но непонятно. Логики не вижу. «Я вообще сам – плохой сыщик. А вот моя собака – супер. Как бы нам заработать? Костя». Как всегда, смешно. Мы просто в восторге. «Разведчик – это наш за границей, например, Штирлиц (Штирлиц пишется через «и»), а шпион – это наоборот. То есть, сотрудник иностранной разведки, работающий у нас». Ну, хорошо, пусть будет так. Мы всех людей, которые сегодня занимаются совершенно другими, гражданскими, не политическими расследованиями, частными делами, в том числе и бизнес-структур, мы их называем сыщиками. Те, которые занимаются сложными уголовными на службе государства – это оперуполномоченные, оперативники, известные, и частные сыщики, и сотрудники неких сыскных агентств, да, детективных агентств. Но у них, видимо, какой-то другой статус. Потому что частный сыщик с лицензией – это единственный человек, да? А агентство имеет лицензию, но тогда эти люди, которые в нём работают, не имеют права называться частными сыщиками. Я.МАРГАСОВА: И они работают от имени агентства. Да. О.ЖУРАВЛЁВА: Да, они – представители агентства, менеджеры. Хорошо. Теперь возвращаемся к способам сбора информации, которая доступна вот как раз частным сыщикам. Потому что вот на самом деле я не зря говорила про всякие физические усилия, про народные наблюдения мы уже кое-что поговорили. Но вот Александр считает, Александр Криони, наш собеседник, сыщик из Москвы, детектив, он считает, что в его, например, случае, способов сбора информации достаточно ограниченное количество. А.КРИОНИ: В своей деятельности частный детектив может использовать три вида деятельности. Опять же, только на основании той работы, которую я провожу уже много лет. Первое – просмотр; второе – это опрос и третье – это сбор и изучение документов. Всё. Три вида. Вот, пожалуйста, из этих трёх видов деятельности детектив и должен исходить в своих выводах расследования и выводах по своему частному расследованию. Не более. Кстати, это не больше того, что закон предоставил адвокатским образованиям. Поэтому тот, кто будет говорить, что этого крайне недостаточно, я могу с ним очень долго на эту тему спорить. Именно на основании скрытого опроса, именно на основании предположения о содержании документов, именно на основании осмотра здания, как внешнего осмотра, так и внутреннего осмотра с согласия собственников здания, детектив имеет все возможности сделать квалифицированный вывод о каком-то событии, в котором заинтересован его заказчик. О.ЖУРАВЛЁВА: Вот, по-моему, очень доступно Александр изложил то, что он считает самым главным. У тебя есть какие-то ещё варианты, которые частные сыщики могут использовать? Я.МАРГАСОВА: Нет, это действительно основное. Я читала какие-то интервью тоже с частными детективами, вот у меня есть выдержка одного из них: «Главный инструмент сыщика – его ум и талант общения». Речь шла как раз о наблюдении за неверными супругами. «Обычно я сообщаю клиенту следующее: Ваша супруга в 19.20 зашла в гостиницу вместе с импозантным брюнетом. Они пробыли там до 22.15. Когда вышли из отеля, оба выглядели весьма довольными». А муж пусть сам решает, чем они там занимались. Точка. О.ЖУРАВЛЁВА: В шахматы играли. Это тоже вариант. Хотя вот это, как в том же интервью сказано, я туда заглянула, вот такие вещи они на грани закона. Я.МАРГАСОВА: Абсолютно. О.ЖУРАВЛЁВА: «Если супруга в процессе засечёт слежку», потом, ну тут разворачивается классический детектив: сообщит импозантному брюнету. Импозантный брюнет поднимет каких-то своих знакомых, может выйти очень некрасиво». Ну, это так. Опять-таки, для тех, кто интересуется. Вот по поводу той анкеты, которую ты оглашала по поводу оперуполномоченных требований: «Европейской внешности -возмутительно, это расизм. Об этом надо, наконец, заявить прямо. С уважением, Бэлла». Я думаю, что это требование связано, может быть, с тем, чтобы человек не бросался в глаза. Я.МАРГАСОВА: Это скорее, да, это называется «среднестатистическая внешность»… О.ЖУРАВЛЁВА: Хотя в Москве я бы не сказала, что именно европейская внешность является среднестатистической. У нас есть более размытые как-то представления об этом. Я.МАРГАСОВА: Ты знаешь, в чём сила ещё оперуполномоченных? – В том, что они имеют право иметь некую агентурную сеть. А вот в составе этой сети уж могут быть… О.ЖУРАВЛЁВА: Слушай, нельзя быть ярким. Разведчик, кстати говоря, не обязательно должен быть европейской внешности, как мы помним. Я.МАРГАСОВА: Об этом мы, кстати, говорили. О.ЖУРАВЛЁВА: Но он не может быть ярким. Он должен быть интересным человеком, умеет быть ярким в общении, но не должен ничем бросаться в глаза. Я.МАРГАСОВА: Не с первого взгляда запоминаться, да. О.ЖУРАВЛЁВА: Да. Так что, наверное, в этом смысле оперуполномоченным в данном случае требовалась европейская внешность. С другой стороны, может быть, они там все такие экзотичные, что им потребовался хоть один оперативник европейской внешности, чтобы на конкретное мероприятие его привлекать. Ну, ладно. Это мы фантазируем. Так вот, добрались мы до официальных органов, и возник такой вопрос. Опять же, по каким-то книжкам, таким, в общем, достаточно примитивным: Кажется, что есть некий конфликт между официальными сыщиками и сыщиками частными. Некое соревнование между Шерлоком Холмсмом и Скотланд-Ярдом. Такое немножко ироничное, но всё-таки сотрудничество. Да? Там оно есть. А вот в более современных фильмах, например, наоборот, вроде бы, как частному сыщику всё время как-то вот ему тяжело. Ему мешают. Я.МАРГАСОВА: Но я сразу до плёнки хочу сказать, что именно официальные органы выдают лицензии частным сыщикам. О.ЖУРАВЛЁВА: Да, то есть, они уже вступили в контакт. Я.МАРГАСОВА: Они уже во взаимодействии. О.ЖУРАВЛЁВА: Да, и никуда не денешься. Так вот, не мешают ли сыщики официальным органам и наоборот, я спросила у Александра. И Александр мне ответил. А.КРИОНИ: Ну, знаете, это всё-таки, мне кажется, заблуждение то, что мы будем друг другу мешать. Наоборот, мы друг другу помогаем: опыт взаимодействия частных детективов с правоохранительными органами как раз говорит об обратном. Мы друг другу помогаем очень хорошо. Что касается качества расследования уголовных дел исключительно детективами, то я противник этого, ввиду того, что детективы не имеют возможности воспользоваться теми базами, которыми можно руководствоваться, могут использовать органы следствия и органы дознания. Казалось бы, нам выдали лицензию, нам выдало лицензию Министерство внутренних дел о ведении частной детективной деятельности, но пользоваться базами, которую используют государственные сыщики, мы не вправе, мы не имеем права. Законодатель, предоставив право детективу собирать информацию, «забыл» (скажем в кавычках это слово), предоставить право предъявлять эту информацию в суде. Мы не можем, мы не имеем возможности закрепить доказательства свои, которые мы собираем, в суде. Мы не можем придать им процессуальную форму, наши фактические данные преобразовал их в доказательства. Нам приходится искать как детективам другие формы представления этих доказательств. Вариант: через органы следствия, и второй вариант – через адвокатов, в связке с нотариусом. Два варианта. Другого пока вот я случая не видел. О.ЖУРАВЛЁВА: Вот интересный очень момент, потому что получается, что даже, если вы, заботясь о своём каком-то уголовном деле, например, и в помощь, в параллель официальному расследованию обратились к частному сыщику, он может действительно что-то достать. Но потом очень сложно будет эти доказательства предъявить в суде, потому что как процессуальное лицо он как свидетель проходит. Я.МАРГАСОВА: Чтобы они были предъявлены, их надо будет сначала внести как-то… О.ЖУРАВЛЁВА: Нужно будет проводить каким-то другим способом. Просто, вот обратите тоже на это внимание, почему может быть ещё по уголовным делам не очень помогают частные сыщики в каких-то обстоятельствах. Я.МАРГАСОВА: Но скорее тщательно просто в чём-то разобраться, мне кажется. О.ЖУРАВЛЁВА: Да. Но проанализировать документы – это как раз к ним. Так вот, какие опасности подстерегают, тем не менее, вот возвращаюсь к тому, что самооборона вроде не нужна, какие опасности больше всего угрожают? Есть ли какая-то от них защита? – Спросила я у Романа, который, как я уже говорила, возглавляет структуру, занимающуюся бизнес-разведкой? Р.РОМАЧЁВ: Ну, опасность она всегда существует. То есть, есть тоже определённая технология легендирования, как сделать так, чтобы добыть информацию и тебя не вычислили, кто ты такой. Тут тоже есть определённая технология прикрытия. И, к сожалению, я не готов озвучивать по радио ни страхования ответственности. То есть, у нас тут всё довольно на средневековом уровне. В отличие, скажем, от Европы, от Америки, где там за страхование ответственности такие компании существуют. Что касается раскрытия – нераскрытия там нашего сотрудника, ну, как бы мы стараемся брать профессионалов, обучать определённым нашим технологиям, то есть, пока, слава Богу, у нас таких проблем не было. И надеюсь, не будет. Мы стараемся воспитывать универсалов. То есть, во-первых, то, чем мы занимаемся, нигде, ни в каком вузе не учат, то есть, мы стараемся просто изначально взять человека без опыта, нового, с определёнными качествами. И уже обучить его тем технологиям, которыми мы занимаемся. И сделать из него универсала. То есть, в основном, стараемся обучать сами. И стараемся воспитывать именно универсалов. О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, вот это, я считаю, очень для любопытствующих, может быть, кому-то поможет. Я.МАРГАСОВА: В вузах действительно этому не учат, есть всё та же специальность – юриспруденция. .ЖУРАВЛЁВА: Юриспруденция – отдельно, а вот технология легендирования и вот это вот всё – это специалисты обучат под себя, под конкретную задачу. Потому что, наверное, всё-таки задачи у такой бизнес-разведки и у разведки, которая на службе государства они немножко разные. И, наверное, есть какие-то особенности. «Вы меня разочаровываете, - пишет Николай из Вологды, - Где же погони, интриги, прыжки с пятого этажа и так далее?». Я.МАРГАСОВА: Все, как один, говорят, что всё это только в фильмах. О.ЖУРАВЛЁВА: Не бывает! Сейчас мы вам расскажем ещё более интересные вещи, чем занимаются сыщики. «Самый высший сыщик – это собака Мухтар». Ну, вы же понимаете прекрасно, что мы говорим о другом. Хотя, в общем-то, да, она тоже в состоянии что-то найти и проанализировать. Вот сейчас мы расскажем о достижениях в этой области в нашей традиционной рубрике. ДОСКА ПОЧЁТА Ну, во-первых, мы раскроем некоторую тайну. Роман Ромачёв, которого вы уже сейчас слышали в этой передаче, он мне предложил посмотреть в поисковой системе, набрать его фамилию и слово: «Интерпол». Чтобы не объяснять, не занимать время. После чего обнаружилось несколько статей, где рассказывается буквально следующее: что Роман из любви к искусству, и, не будучи сотрудником никаких государственных структур на тот момент, решил, что ему это интересно, и он может быть полезен, и нашёл за четыре часа в популярной социальной сети 8 человек, находящихся в международном розыске, не только по линии Интерпола, но и финансовой полиции республики Казахстан и Комитета государственного контроля республики Беларусь. Ну, что я хочу сказать? Это в принципе может каждый: «Одноклассники» - вещь общедоступная, никакая база не нужна. Я.МАРГАСОВА: Ничего себе! Посидел в «Одноклассниках!». Да? О.ЖУРАВЛЁВА: Да. Ну, вы понимаете, что вот люди с такими способностями совершенно им не надо было с пистолетом никого допрашивать, - они просто вот так вот сидят и анализируют, что там выложено. Обнаружилось, что у них фотографии очень хорошего качества, в отличие от тех, что представлены на сайтах Интерпола. Там есть и друзья, место жительства. Ну, с одной стороны, конечно, это говорит о том, что преступники, разыскиваемые Интерполом, чрезвычайно беспечные люди. Я.МАРГАСОВА: Но преступники – тоже люди в этом случае. О.ЖУРАВЛЁВА: Да. А с другой стороны, это говорит о том, что Интерпол совершенно не ловит мышей, ну, то есть, просто вот даже не напрягается. Роман считает, что здесь проблема та же, во всяком случае, органов, обратился по старой памяти к своим коллегам, и так далее. Но речь вот о чём: он считает, что наши органы ещё очень плохо оснащены, что многие не умеют пользоваться современными технологиями. И вообще гражданские инициативы в России наталкиваются на бюрократические препоны и пассивность представителей правоохранительных органов. Потому что сдать-то он сдал, но результатов это не дало. Поэтому, может быть, не так уж и беспечны были преступники: они просто понимали, что никакой Роман их всё равно не уличит. Но, обратите внимание, что анализ. На «Одноклассниках» бывали многие, но поймать за четыре часа восемь разыскиваемых преступников, то есть, найти их смог только вот наш герой сегодняшний. Так что, он на Доске Почёта. О том, что приносит радость в этой профессии. Ну, почти понятно, да? Это притом, что наши, я скажу, что в таких случаях, когда сообщаются вот такие сведения, ФБР выдаёт гражданину вознаграждение. В нашей стране пока нет такой практики. Я.МАРГАСОВА: Сыщик должен как свидетель доказать, что всё это … О.ЖУРАВЛЁВА: Но Роману повезло, он всё-таки знаком был со структурой. То есть, это всё для радости, из любви к искусству. В чём ещё состоит радость профессии, формулирует Александр, потому что он тоже получает особенное удовольствие от своей работы. А.КРИОНИ: Скорее всего, знаете, что, всё-таки? – Это тот заряд энергии, адреналин, который получаешь в тот именно момент, именно момент, когда получается собрать эту мозаику. Когда получается найти тот факт, или то доказательство, которое бы было ключевым в расследуемом деле. Скорее всего, этот момент. Ну, и, конечно же, это тот момент, когда поймал за хвост ту самую деталь, которой не хватало. Поверьте, это момент очень волнующий в расследовании. О.ЖУРАВЛЁВА: Естественно, когда всё совпало и всё нашлось –это счастье. Это любой знает, кто когда-нибудь кроссворд разгадывал. Теперь Роман рассказывает о том, что для него удача в его работе, и, кстати, приводит очень любопытный пример. Р.РОМАЧЁВ: Большая удача – это когда клиент приходит к тебе и говорит, что вот никто не смог помочь, а мы – раз, и помогаем. Выявляем определённую информацию, которая как бы ему помогает в будущем. То есть, были у нас случаи, когда один крупный американский банк к нам обратился: автозаказ из Штатов пришёл, они не могли там идентифицировать, понять, что за человек к ним с большими деньгами приходит. И козыряет, и пытается пролезть в их (неразборчиво), и хотели понять, кто он такой. И никто не мог ответить. Мы, благодаря нашим технологиям, опыту, мы смогли выявить этого человека. Человек оказался довольно-таки известный преступный авторитет, который просто поменял фамилию, и уехал туда, в Штаты. То есть, это очень хороший уровень, к нам пришла куча благодарностей. Это и есть определённая удача, успех. О.ЖУРАВЛЁВА: Мы теперь просто знаем, что Роман как раз мастер таких вещей. Найти человека и узнать, откуда он взялся, ничего особенного не надо. Я.МАРГАСОВА: А ещё, ты знаешь, хотя бы в Интернете. Но я не увидела никакой информации об оборотнях в частных детективах. О.ЖУРАВЛЁВА: Да, об оборотнях с лицензией. Я.МАРГАСОВА: Да, а оборотни в погонах, к сожалению, совсем другая песня. О.ЖУРАВЛЁВА: Не расстраивай меня. Но, тем не менее, вот здесь мы нашу обычную рубрику установим. ВЫГОВОР С ЗАНЕСЕНИЕМ Ну вот, на самом деле, очень много было интонаций на , что это плохо. Вот вообще заниматься такими вещами плохо: выслеживать, копаться в грязном белье, как правило. И вот заниматься всякой гадостью. Да? Действительно, наверное, существуют люди, которые обращаются к частным сыщикам, в том числе с нехорошими, неблаговидными целями. Я.МАРГАСОВА: От слабости душевной. О.ЖУРАВЛЁВА: Ещё пуще неблаговидные поступки со стороны не только государственных, но и негосударственных сыщиков. Так вот, к Александру я обратилась с вопросом: так что же, всё-таки он считает при таком небольшом объёме возможностей, чисто по закону, что же он считает возможным расследовать? Я вот тоже всё думала: супружеская измена. Я.МАРГАСОВА: Первое, что приходит на ум. О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, частное лицо. Замечательно, хоть и с лицензией. Так вот, что расследуют, а что нет, Александр мне объяснил очень подробно и обстоятельно. А.КРИОНИ: В настоящее время, на протяжении нескольких лет я расследую уголовные дела о нарушении прав моего клиента в области интеллектуальной собственности. Мы расследуем случаи контрафакта, незаконного использования торговых обозначений, торговых знаков. Дел хватает. И я вам скажу, что как раз здесь, это как раз те случаи, когда мы успешно работаем и с орг, и с правоохранительными органами, и с адвокатскими образованиями, с адвокатами, которые как раз представляют интересы клиента. Мне постоянно приходится отказывать в расследовании брачных дел, так скажем, когда кто-то из супругов подозревает другого в измене. Потом приходится постоянно отказывать в делах, где заказчик просит использовать наружное наблюдение. Конечно, всевозможные технические средства, прослушки, слежки, там не знаю, распечатки и тому подобное. Здесь нам приходится всегда отказывать. Разъяснять, что это не законно, к тому же, результата никакого не приносит. Дела о супружеской измене, дела такого рода мы, конечно, тоже не берём. А если это не так? А если вторая сторона – супруг, или супруга затем идут в слежку, наблюдение, по которым идут расследования. В силу каких-то неудачных для детектива причин обнаружат то, что как раз за ним, в отношении его ведётся такое «расследование». Да? А на самом-то деле, на самом деле, такого ничего не было. И, как вы полагаете, какие после такого неудачного вмешательства в частную жизнь детектива, как после этого выстроятся в дальнейшем отношения между супругами? Получается, что детектив как раз он будет причиной того, что отношения между супругами окончательно испортятся. Мне, например, не хочется выступать в такой роли. О.ЖУРАВЛЁВА: Не хочется быть господом Богом. Да, я задала следующий вопрос по поводу бдительных родителей, которые хотят последить за своим подросшим ребёнком. Не связался ли он с плохой компанией? Что это за девушка, или что это за парень к ней (к нему) приходят? Ну, и вообще, чем он занимается в свободное время, пока мы там где-то отвлеклись? Александр и тут меня разочаровал. И этим он заниматься, как выяснилось, не хочет. А.КРИОНИ: Я хочу сказать вот что. Что с момента, как человеку, гражданину исполняется 16 лет, даже родители не имеют права устраивать наружное наблюдение за своим сыном, дочерью. Потому что именно с этого возраста он начинает пользоваться всеми правами, которые предоставила ему Конституция. А именно: право на защиту частной жизни. И никто не вправе – ни детектив, ни следователь без санкции, самостоятельно принимать решение, или в интересах других лиц, в интересах родителей, о вмешательстве в частную жизнь этого молодого гражданина. О.ЖУРАВЛЁВА: Они же хотят защитить собственного ребёнка от плохой компании, от преступных элементов, как им кажется. А.КРИОНИ: Это они создали такие условия, что их ребёнок был вовлечён в такую плохую компанию, как они считают, то, что у их ведётся такой стиль жизни теперь у их ребёнка, как они думают. Поэтому, прежде всего, это проблема родителей. О.ЖУРАВЛЁВА: Вот так! На самом деле, это о многом говорит. Я.МАРГАСОВА: Нет, мы не идеализируем совсем. О.ЖУРАВЛЁВА: Я понимаю, что Александр он это не только из соображений гуманизма говорит. Он ещё и говорит о том, что, если вы захотите, чтобы кто-то для вас совершал что-то противозаконное, отвечать-то будет тот, кто это совершит. То есть, сыщик в этой ситуации. Он абсолютно вправе не совершать противозаконных действий. Отказываясь от этого безобразия, потому что он законопослушный гражданин. Я.МАРГАСОВА: Хотя, безусловно, не все отказываются. О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, извините, некоторые грабят на улицах. Мы, извините, мы же о них не говорим в этой программе. Правда же? А Роману я задала ещё один тоже вопрос, который меня позабавил после вот этих вот историй про анализ. Анализ информации. Я подумала: как же интересно человек Новости смотрит? Там какие-то передачи по телевидению? Наверное, у него совершенно какой-то другой взгляд. Потому что он же тоже всё анализирует. И Роман мне, по-моему, очень любопытно на эту тему ответил. Р.РОМАЧЁВ: Да, интересно смотреть, и смотрим мы действительно немножко по-другому. Мы понимаем, что достоверная информация она появляется при анализе информации из нескольких источников. То есть, телевидение – это всего лишь один источник. Чтобы подтвердить достоверность той информации, которую нам оттуда выдают, нужно как бы получить эту информацию из других источников: Интернет, радио, из знакомых каких-то служб. Если какая-то информация исключительно интересна, если ты хочешь добиться, узнать, насколько она правдива, то нужно информацию об этом случае, событии поискать в другом источнике. У нас был случай, не совсем у нас, у нашего коллеги был случай, когда ещё на службе, причём лет там двадцать, двадцать пять назад, когда он покупал где-то в Юго-Восточной Азии жёлтую прессу, и один раз наткнулся на статью о том, что некий журналист присутствовал на испытании какой-то там ракеты. И описал, как проходили эти испытания. И по статье можно было понять, какими техническими характеристиками эта ракета обладает. И он отправил информацию в Центр нам, и получил определённую награду. То есть, желтая пресса – это, так сказать, хороший тоже источник информации. Но достоверность её, так или иначе, нужно проверять и перепроверять, как и любую. О.ЖУРАВЛЁВА: Человек читает общедоступные материалы и делает необщедоступные выводы. Вы не боитесь обвинений в шпионаже? Р.РОМАЧЁВ: Ну, есть такой риск определённый. Здесь надо понимать, во-первых, кто твой заказчик? Кто твой клиент. Какие цели он преследует? Да, такая проблема есть, когда человек читает между строк обычное средство, и приходит к определённому выводу. Такая проблема существует. О.ЖУРАВЛЁВА: Многие знания тоже иногда бывают, многие печали. Примеров тому масса, прямо скажем. Тио есть, не так всё просто. Александр считает, что «опер-работа строится на стуке и на выколачивании признаний пытками. Вы кому хотите мозги запудрить?». Александр, слушайте, что нам рассказывали герои, и Вам тоже. И делайте свои выводы. Если вы убеждены, что тот же Роман нашёл вот эти вот скрывающихся от Интерпола людей при помощи стука по компьютеру, Вы в своём праве, мы не можем Вас убедить в обратном. Я.МАРГАСОВА: С другой стороны, если стуком называть агентурную работу опера, то ну, может быть, чуть-чуть. О.ЖУРАВЛЁВА: Скрытый опрос это называется. Мне очень нравится. Хорошая формулировка. То есть, с вами вроде человек приятный поговорил, вы ничего такого не рассказали ни про кого, а он сделал свои выводы. Так вопрос не в том, что вы трепло, а в том, что он правильно делает выводы из того, что вы сказали. Ну вот, приблизительно так мы себе представляем работу идеального сыщика. И, кстати, оперуполномоченного тоже. Я.МАРГАСОВА: И мы завершаем букву «С». О.ЖУРАВЛЁВА: С тем, чтобы перейти в следующую категорию – букву «Т». И следующая профессия будет «ТАМОЖЕННИК». Присылайте свои анкеты в программу «Послужной список». Ольга Журавлёва и Яна Маргасова – газета «Труд» и «Эхо Москвы» с вами прощаются.
Google Buzz Vkontakte Facebook Twitter Google Bookmarks Digg Закладки Yandex Zakladok.net Reddit delicious БобрДобр.ru Memori.ru МоёМесто.ru

One Comment Добавьте свой

  1. Роман Ромачев:

    :)))))))))))))
    ржака, стока ляпов
    бэкграунд с андеграундом перепутали 🙂
    подземлю меня загнали :))

    «лицензия на промшпионаж» — это супер! :))))))))))

Добавить комментарий