Булочка с секретом. Хлебопека уличили в промышленном шпионаже

on

Приговор по необычному уголовному делу вынес суд города Богдановича. Бывшего мастера по хлебопечению местного комбината Наталью Осинцеву признали виновной в промышленном шпионаже. Женщина хотела похитить на родном предприятии… рецепт изготовления булок, за что ее приговорили к выплате штрафа в 13 тысяч рублей.

Статья, по которой осуждена 36-летняя сотрудница, 183 УК РФ «Незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну» до сих пор чрезвычайно редко применяется в правовой практике. Хотя фактически на каждом предприятии могут привести случаи попыток хищения коммерческой информации бывшими сотрудниками или «засланными казачками». Но обычно такие скандалы не доводят до разбирательств в милиции, а уж тем более в суде. Во-первых, нужна весомая доказательная база, а во-вторых, в серьезность наказания по этой статье предприниматели пока не верят. По данным исследований одной из консалтинговых фирм, примерно в 90 процентах российских компаний сталкивались с фактами кражи коммерческой информации, и лишь пять процентов руководителей фирм решились подключить к расследованию правоохранительные органы и по закону наказать лазутчиков.

— Долгое время считалось, что фактически не действуют ни федеральный закон «О коммерческой тайне», ни статья 183-я УК РФ, предусматривающая ответственность за промышленный шпионаж, — рассказал корреспонденту «РГ» руководитель правовой службы одной из крупных компаний, специализирующейся на производстве стройматериалов, Юрий Сидоров. — Хотя наказание, предусмотренное этой статьей, достаточно весомое — до десяти лет лишения свободы. Но судебная практика такова, что дела, в которых фигурируют даже крупные компании, не завершались таким серьезным приговором. Даже столь громкое дело, как обвинение братьев Завадских в краже коммерческой информации Газпрома, завершилось фактически пшиком: обвиненных в промышленном шпионаже приговорили к году условно. Понятно, почему владельцы предприятий малого и среднего бизнеса даже не пытаются привлекать к суду сотрудников, крадущих их секреты. В Богдановиче, можно сказать, создан прецедент.

Насколько нам известно, «дело булочек» довели до логического конца благодаря твердой позиции директора фирмы Ирины Казанцевой, которая одновременно является и юристом предприятия. Она уверена, что коммерческую тайну необходимо охранять независимо от размеров бизнеса и весомости секретов. Между прочим, первое в России громкое дело о промышленном шпионаже было возбуждено в Екатеринбурге в 2003 году. Сотрудники ФСБ обнаружили на заводе «Уралмаш» лазутчиков, работающих на конкурентов предприятия. Две женщины, сотрудницы офиса, за плату копировали и передавали конкурентам некие документы. Обличили шпионок во время передачи копий. Правда, до суда тогда так и не дошло — предприятие отозвало иск в связи с незначительностью понесенного ущерба.

Общеизвестно, что для защиты бизнеса от посягательств шпионов необходимо серьезно вложиться в технические средства безопасности: видеокамеры, диктофоны, глушители, «жучки», стоящие на страже конфиденциальности информации. Японские компании тратят на приобретение такой техники до 200 миллионов долларов в год, американские — почти полмиллиарда. Объем отечественного рынка средств защиты информации, по некоторым данным, составляет 150 миллионов долларов. Но основным заказчиком такого оборудования у нас до сих пор является государство.

Вооружаться до зубов антишпионской техникой российские предприниматели не спешат. Одна из московских консультационных компаний в ходе исследований пришла к выводу: самым действенным способом добычи информации о конкурентах является не применение технических устройств, а использование человеческого фактора. Выражаясь попросту, подкуп или обман персонала. До 70 процентов конфиденциальной коммерческой информации получают таким нехитрым способом.

Любопытно, что в Богдановиче осужденная сотрудница хлебокомбината также могла без особых ухищрений получить желаемые рецепты. Как признались нам на предприятии, все сведения о составе теста — в граммах и пропорциях — висят прямо в цехе, ими может воспользоваться каждый. Другое дело, что хлебопеки при поступлении на работу дают подписку о неразглашении коммерческой тайны в течение пяти лет.

Именно этот факт и явился главным основанием для возбуждения уголовного дела в отношении Натальи Осинцевой. К тому же женщину застали с поличным, когда она пыталась проникнуть в компьютерную базу данных предприятия.

— Необходимым условием для возбуждения уголовного дела по статье 183 УК РФ является тот факт, что у сотрудника нет свободного доступа к информации, составляющей коммерческую тайну, и владелец предприятия принял для этого все соответствующие меры, — пояснила старший помощник прокурора Свердловской области Ольга Тетерина. — По версии следствия, женщина хотела либо продать рецептуру изготовления хлеба конкурентам, либо открыть собственное хлебопекарное производство. Но в данном случае цель, ради которой похищалась коммерческая информация, не важна. Главное — доказано, что сотрудница действительно пыталась выведать секреты.

Опубликовано в РГ (Экономика УРФО) N5257 от 12 августа 2010 г.

Источник: http://www.rg.ru/2010/08/12/reg-ural/bulochki.html

Google Buzz Vkontakte Facebook Twitter Google Bookmarks Digg Закладки Yandex Zakladok.net Reddit delicious БобрДобр.ru Memori.ru МоёМесто.ru

Добавить комментарий